Стихи (разное)

[Agidel]

Евгений Евтушенко «Баллада о пианисте»

Когда его били фашисты
в концлагере
и ухмылялись:
«Попался...» —
он прятал одно —
свои руки костлявые,
только бы не по пальцам.
Потом его вызвал
к себе вертухай —
фашистик розовый,
чистый:
«Дадим инструмент...
для начальства сыграй...» —
а он процедил:
«Разучился...».
И он выступал с лопатой в руках
в изысканном обществе мусора,
но в пальцах его —
в десяти тайниках
пряталась музыка,
музыка.
И ночью,
когда прорезался сквозь мглу
лунный крамольный краешек,
углём
он грубо чертил на полу
клавиши,
клавиши,
клавиши.
В ком-то урчала гнилая фасоль,
кто-то вышёптывал имя зазнобы,
а от неструганых
«фа»
и «соль»
в пальцы
вонзались
занозы.
И он играл до рассвета,
как мог, —
срывался,
мучился,
пробовал,
хотя получить он
только и мог —
букет из колючей проволоки.
Было не страшно ему,
что убьют, —
в гибели нету позора,
было страшнее,
что слаб этюд,
особенно в части мажора,
И он, возвратившись,
не пил,
не рыдал,
Весь, как сплошное
оттуда,
он от холстины
продрогший рояль,
словно ребенка,
откутал.
И старец
со скрепками в бороде —
владыка консерватории,
прослушав, спросил озадаченно:
«Где
вы так хорошо подготовились?»
...Играй, пианист!
Отплывает барак —
ковчег твоей музыки Ноев,
но, криком крича,
проступает сквозь фрак
невидимый лагерный номер...

[Agidel]

Всем двором. Всем поколением
Мы идём. В ногу со временем.
Но я отстаю. И ногу меняю.
Не догоняю я.
Не догоняю!
Нас учат-лечат. И все за нас молятся.
Но нас почему-то всё меньше становится.
Мы идём прямо. Но ходим по кругу.
Мы знаем такие мудрёные фразы,
Что даже себя понимаем не сразу.
Нам дали пароли от разных сетей.
Мы столько узнали и стали глупей.
Всей гурьбой. Всем поколением
Мы идём. В ногу со временем.
Но я отстаю. И пароли меняю.
Не догоняю я. Не догоняю!
Всей душой. Всеми мозгами
Мы живём. В чьей-то программе.
Но я вылетаю. Я птеродактиль!
Вы – догоняйте. А я – не в контакте!

Нина Паловна едет в музей

– Дети, сели в автобус, живей!
На экскурсию едем в музей.
Раз, два, три… Нет, без формы мне вас не узнать.
Не могли бы вы сами себя сосчитать?
– Нина Паловна, можно спросить?
А когда нам дадут порулить?
– Нина Паловна, можно мне выйти?
– Всем сидеть! До музея терпите.
– Нина Пална, там мамонты есть?
– Нина Пална, мне хочется есть.
– Там, наверное, выставка скучная…
– А в буфете-то выпечка вкусная?
– Нина Пална, меня укачало.
– Ой, нога под сиденьем застряла!
– У кого газировка осталась?
– Ой, сиденье само поломалось!
– Почему-то Боброва не слышно давно.
– Вон его голова, посмотрите в окно!
Он сказал, что проветриться будет полезно,

Но обратно его голова не пролезла.
– Нина Пална, когда мы приедем уже?
– Нина Пална вам плохо? Хотите драже?
У водителя нервы сдают.
И водитель меняет маршрут.
Говорит он: – Какой там, к собакам, музей!
Отвезу-ка я в лес этих славных детей!
Пусть они порезвятся на воле,
Пусть они там заблудятся, что ли.
На обратном пути, кого сможем, найдём.
А в музей – в тишине – мы поедем вдвоём!

К. Стрельникова из сборника «НЕ В КОНТАКТЕ».

[Agidel]

Подростки европейских стан полюбили стихотворные романы для подросткового возраста.
Если интересно, предлагаю ознакомиться с романом Клементины Бове

"Ужель та самая Татьяна?"

https://bookzip.ru/reader/5743/

[Agidel]

РАСУЛ ГАМЗАТОВ

БЕРЕГИТЕ ДРУЗЕЙ

Знай, мой друг, вражде и дружбе цену

И судом поспешным не греши.

Гнев на друга, может быть, мгновенный,

Изливать покуда не спеши.

Может, друг твой сам поторопился

И тебя обидел невзначай.

Провинился друг и повинился —

Ты ему греха не поминай.

Люди, мы стареем и ветшаем,

И с теченьем наших лет и дней

Легче мы своих друзей теряем,

Обретаем их куда трудней.

Если верный конь, поранив ногу,

Вдруг споткнулся, а потом опять,

Не вини его — вини дорогу

И коня не торопись менять.

Люди, я прошу вас, ради бога,

Не стесняйтесь доброты своей.

На земле друзей не так уж много:

Опасайтесь потерять друзей.

Я иных придерживался правил,

В слабости усматривая зло.

Скольких в жизни я друзей оставил,

Сколько от меня друзей ушло.

После было всякого немало.

И, бывало, на путях крутых

Как я каялся, как не хватало

Мне друзей потерянных моих!

И теперь я всех вас видеть жажду,

Некогда любившие меня,

Мною не прощенные однажды

Или не простившие меня.

[Agidel]

Каких фамилий только нет:
Пятеркин, Двойкин, Супов,
Слюнтяев, Тряпкин-Дармоедов,
Пупков и Перепупов!
В фамилиях различных лиц,
Порою нам знакомых,
Звучат названья рыб и птиц,
Зверей и насекомых:
Лисичкин, Раков, Индюков,
Селедкин, Мышкин, Телкин,
Мокрицын, Волков, Мотыльков,
Бобров и Перепелкин!
Но может некий Комаров
Иметь характер львиный,
А некий Барсов или Львов –
Умишко комариный.
Бывает, Коршунов иной
Синичкина боится,
А Чистунов слывет свиньей,
А Простачков - лисицей!
А Раков, если не дурак,
Невежда и тупица,
Назад не пятится как рак,
А все вперед стремится!
Плевков фамилию сменил,
Алмазовым назвался,
Но в основном – ослом он был,
Ослом он и остался!
А Грибоедов, Пирогов
Прославились навеки!
И вывод, стало быть, таков:
Все дело не в фамилии, а в человеке!


Сергей Михалков

[Agidel]

Антон Чехов
Басня
(из альбома Саши Киселевой)
Шли однажды через мостик
Жирные китайцы,
Впереди них, задрав хвостик,
Торопились зайцы.
Вдруг китайцы закричали:
«Стой! Стреляй! Ах, ах!»
Зайцы выше хвост задрали
И попрятались в кустах.
Мораль сей басни так ясна:
Кто зайцев хочет кушать,
Тот, ежедневно встав от сна,
Папашу должен слушать.